|
Алексей Саврасов - художник большого дарования и трагической судьбы.
В историю русской живописи он вошел как создатель русского лирического пейзажа, полного грусти и любви к России.
Конечно, и до Саврасова в России были пейзажисты. Но их произведения более походили на копии итальянских и французских пейзажей, и не имели ничего общего с родиной, русским духом.
Именно Саврасов первым показал, как прекрасен серый весенний день, грязные русские дороги и мокрые поля.
В 1871 году он выставил на Передвижной выставке небольшую
картину "Грачи прилетели". Теперь эта картина вошла в нашу жизнь наравне со стихами Пушкина и музыкой Чайковского.
Иван Крамской писал тогда: "Грачи прилетели" есть лучший, и он действительно прекрасный, хотя тут же и Боголюбов, и барон Клодт, и Шишкин. Но всё это деревья, вода, и даже воздух, а душа есть только в "Грачах"...
|
|
Алексей Саврасов, 1865
|
|
|
|
|
|
|
|
Грачи прилетели, 1871
|
|
|
|
|
|
К сожалению, в массовом сознании Алексей Саврасов так и остался "автором одной картины".
Хотя, и до, и после написания этого великого произведения художником было создано еще множество прекрасных работ -
Проселок, Радуга, Зима, Распутица, Оттепель, Рожь, Закат над болотом, Дворик.
Однако личная драма художника, случившаяся с ним в последние десятилетия 19-го века, отодвинула на второй план и имя мастера, и его произведения.
Бедность, семейные неурядицы, ранняя смерть нескольких детей и охлаждение со стороны публики, привели художника к глубокому духовному кризису, отчуждению от людей и пагубному увлечению вином.
Долгие годы Саврасов жил в абсолютной нищете, и умер одиноким, тяжело больным человеком.
После этого имя этого выдающегося мастера русского пейзажа было практически забыто, а, если и упоминалось, то в критических тонах.
В частности, знаменитый русский критик и основатель общества "Мир искусства" Александр Бенуа в своей известной "Истории русской живописи" упоминает о Саврасове, как о
художнике-неумехе, который каким-то чудом умудрился написать одну порядочную картину "Грачи прилетели".
К счастью, время расставило все на свои места. Истинные мастера не умирают. И прав был Исаак Левитан, любимый ученик Саврасова, который в память о своем учителе написал в 1897 году:
"Не стало одного из самых глубоких русских художников...
С Саврасова появилась лирика в живописи пейзажа и безграничная любовь к своей родной земле... и эта его несомненная заслуга в области русского художества никогда не будет забыта".
Можно сказать, что после Саврасова русский пейзаж стал другим, и теперь каждый пейзажист, любящий свою Родину, должен с благодарностью и искренним уважением вспоминать имя Алексея Кондратьевича Саврасова - первооткрывателя русского лирического пейзажа.
Алексей Кондратьевич Саврасов родился 12 мая 1830 года в семье небогатого торговца-галантерейщика, жившего в Гончарной слободе на Швивой горке, и был крещен в приходе церкви великомученика Никиты, что за Яузою.
Детские годы Алексея прошли в основном в заповедных уголках Замоскворечья - семья жила то на Якиманке,
то на Пятницкой улице, то у Калужской заставы.
Влечение к искусству пробудилось рано: к двенадцати годам Алексей самоучкой уже научился неплохо владеть кистью и писал гуашью и акварелью пейзажи с изображениями модных в то время романтических мотивов, вроде Извержения Везувия или Бури на море (в духе Айвазовского), охотно раскупавшиеся по дешевой цене торговцами
с Никольской улицы и у Ильинских ворот.
Но путь в большое искусство оказался нелегким. Поступив в 1844 году в Московское училище живописи и ваяния (МУЖВ), он, по-видимому из-за болезни матери и протестов отца, желавшего видеть в сыне помощника в купеческом деле и даже выгонявшего его "из квартиры за страсть к живописи, на чердак", был вынужден прекратить учебу.
И только в 1848 году, благодаря помощи учеников МУЖВ Александра Зыкова, Сергея Грибкова и преподавателя Карла Рабуса, а также просвещенного обер-полицмейстера Москвы генерал-майора И.Д.Лужина, прослышавшего о "необыкновенных художественных способностях" Алексея, он смог продолжить образование в пейзажном и перспективном классе училища, возглавлявшемся Рабусом.
Становление художника происходило очень быстро. Уже в 1848 году он не только "копировал с Айвазовского, написал два небольшие вида с Воробьевых гор", но и был отмечен в отчете Московского художественного общества как ученик, "представивший лучшие эскизы".
В следующем, 1849 году он по совету Рабуса и на средства мецената И.В. Лихачева совершил поездку на Украину, результатом которой стал ряд работ, заставивших критиков говорить о молодом живописце как о надежде русского искусства.
А еще через год Совет Московского художественного общества счел его мастерство достаточно зрелым для завершения обучения и получения звания художника, присвоенного Саврасову за "Вид Московского Кремля при лунном освещении" (1850, частное собрание, Москва) и "Камень в лесу у Разлива" (1850, ГТГ).
В этих работах уже в полную меру стала ощутима присущая душе этого высокого, физически сильного, но скромного и стеснительного купеческого сына чуткость к красоте, способность возвышенно-поэтически и в то же время бесхитростно правдиво чувствовать
и воплощать на холсте образы природы...
Чрезвычайно интересны в этом плане "виды из окрестностей московских", исполненные Саврасовым летом 1850 года в имении его покровителя И.Д. Лужина Кузьминки близ станции Влахернская (ныне - Икша).
Один из них, умиротворенный, отличающийся точностью и красотой передачи предвечернего осветления, Вид в окрестностях Москвы с усадьбой и двумя женскими фигурами (ГТГ) наглядно свидетельствует о близости Саврасову традиций Венецианова и его учеников, создававших произведения "тихие и беспорывные, как русская природа" (Гоголь о "деревенских" стихотворениях Пушкина).
Но если у Венецианова поэтика носила более идиллический, условный характер, то Саврасов, сохраняя поэтичность мировосприятия, переводит изображение из "бытийственного" плана в реально-бытовой.
Исполненная в том же имении работа "Камень в лесу у Разлива", быть может, несколько неуклюжа по композиции, но очень привлекательна ощутимым в ней непосредственным, каким-то аксаковским интересом к жизни таинственного тенистого лесного уголка, пафосом первооткрытия подробностей жизни природы.
Способность молодого художника бережно и вдумчиво осваивать традиции предшественников-романтиков и в то же время развивать их в направлении к большей естественности, безыскусности, реалистичности ярко проявилась и в работах следующего, 1851 года "Перед грозой. В усадьбе"
(частное собрание, Москва) и особенно "Вид на Кремль от Крымского моста в ненастную погоду" (ГТГ), перекликающихся с "грозовыми" пейзажами Максима Воробьева, которому подчеркнутые эффекты контрастного освещения, ветра, ломающего деревья, и т. д. помогали выражать драматические, бурные, несколько абстрактные чувствования...
вся биография »
|
